Информер

286 подписчиков

Свежие комментарии

  • Вячеслав Чешский
    Чушь. Хохлуту развлекаются.Герой Советского ...
  • Roman Voronko
    О как запел! О людях вспомнил. На лексику обиделся. Ты свой бред лексический почитай. Нормального мужика стошнит. А т...Хакеры взломали с...
  • Николай Гурьянов
    Странная у вас лексика, вы молодых девчонок измеряете кучами. Люди для вас кучи ивы еще кого то пытаетесь наставлять.Хакеры взломали с...

Выпускник концлагеря

 

Примо Леви много раз упрекали: неужели больше не о чем писать, почему четыре книги – и все о Холокосте. Но химик был уверен: невозможно успокоиться и умереть, пока не расскажешь людям обо всех кругах ада, которые довелось пройти другим…безвинным…

Примо Леви родом из Турина, где он родился в 1919 году в семье пьемонтских евреев. Его родители были либералами, отец работал, мать сидела с детьми. Кстати, именно ей Леви обязан глубокой любовью к чтению. Мать дала ребёнку настолько блестящее домашнее образование, что уже в 6 лет он смог поступить в престижную школу. Правда, появлялся он там редко – было скучно, он заранее всё знал.

Начальную школу Леви закончил раньше других, а затем стал не только самым юным учеником королевской гимназии Массимо д’Адзелио, но и единственным евреем в классе. В этой гимназии молодым людям приходилось состоять в фашистском движении «Авангардисти», который воспитывал студентов в духе фашистской идеологии Муссолини.

Вскоре Леви перевёлся в лицей и в 1937 году поступил в Туринский университет. Это был последний год, когда итальянским евреям было разрешено поступать в высшие учебные заведения.

Уже 5 сентября 1938-го был выпущен декрет, который ограничивает права евреев.

Они не могли больше поступать в ВУЗы, но закончить тем, кто поступил, разрешалось.

Однако действующий декрет против евреев позволял Леви найти работу только по фальшивым документам. Он перебивался в химических лабораториях на небольших предприятиях в разных городах.

В 1942-м Леви стал членом антифашистского движения сопротивления, а в 1943 примкнул к партизанскому движению. Его отряд должен был добраться до Альп, однако их всех арестовали как «подозрительные личности».

«В ходе последовавшего затем допроса я предпочёл признать свой статус “итальянского гражданина еврейской расы”. Я полагал, что в противном случае не смогу объяснить, каким образом оказался в местах, слишком заброшенных даже для беженца. Я думал (ошибочно, как выяснилось позже), что признание в политической активности повлечет за собой пытки и верную смерть. Выяснив, что я еврей, фашисты отправили меня в Фоссоли, под Моденой, где находился большой пересыльный лагерь, первоначально предназначавшийся для британских и американских военнопленных, а теперь превращённый в сборное место для различных категорий людей, неприемлемых для новорожденной фашистской республики», – вспоминал Леви в  своём рассказе «Путь».

Ему чудом удалось избежать смерти. Он был перевезён в Освенцим, где пробыл почти год. Только навыки в химии помогли ему быть полезным и не отправиться в газовую камеру. Плюс, он заболел скарлатиной и не оказался в рядах «марша смерти».

Леви называл стремление искоренить евреев «умышленным мучительством». Сложно читать его книги, где описывается, как «мужчины и женщины усаживались на корточки где попало – на платформах, на путях», потому что в вагонах не было туалетов. Писал он и о том, как убивали стариков в газовых камерах, как унижали людей, заставляя лакать суп по-собачьи.

Как посыпали пеплом из крематориев дорожки к поселку эсэсовцев, управлявших лагерем, и запирали людей в кессонных камерах, чтобы определить, на какой высоте над уровнем моря кровь начинает закипать: «эти данные можно получить в любой лаборатории с минимальными затратами и без жертв или же просто взять из таблиц». Круг исполнителей «дела по искоренению евреев» Леви не суживал лишь «официальными нацистами», рассказывал он и о тех, кто «знал, но делал вид, что не знает».

Этот человек посвятил всю свою жизнь, чтобы описать то, что нельзя забывать. Он умер в апреле 1987 года: упал в пролет лестницы своего туринского дома. Говорят, что это было самоубийство. Его друзья говорили, что «Леви умер еще 40 лет назад, в Освенциме, но вынужден был жить, чтобы писать». 

Мнение авторов и спикеров может не совпадать с позицией редакции. Позиция редакции может быть озвучена только главным редактором или, в крайнем случае, лицом, которое главный редактор уполномочил специально и публично.
Обсудить
Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх