Информер

286 подписчиков

Свежие комментарии

  • Вячеслав Чешский
    Чушь. Хохлуту развлекаются.Герой Советского ...
  • Roman Voronko
    О как запел! О людях вспомнил. На лексику обиделся. Ты свой бред лексический почитай. Нормального мужика стошнит. А т...Хакеры взломали с...
  • Николай Гурьянов
    Странная у вас лексика, вы молодых девчонок измеряете кучами. Люди для вас кучи ивы еще кого то пытаетесь наставлять.Хакеры взломали с...

Прости, малыш!

Прости, малыш!

7 июня текущего года состоится последнее судебное заседание по делу смерти мальчика Артема Алексеенко. Об этой печальной истории, произошедшей в севастопольской больнице, мы писали давно.

Отец Артема подал иск в суд. Судебное заседание по данному вопросу длится уже более двух месяцев. В качестве свидетеля по этому делу была заявлена и я, Елена Голубева. Семью Алексеенко знаю уже очень давно. С мамой Мариной лет 12 назад катали вместе коляски со своими первенцами по Стрелке, общались, так как живем по соседству. 
Потом наши дети пошли в один детский сад, затем и в школуЯ видела, как Марина радовалась рождению Артема. Он был желанным и любимым ребенком. Могу с уверенностью сказать, что Марина и Алексей Алексеенко очень любят детей. Семья у них настоящая, где отец – голова, а мама – надежный тыл.
Сыновья Алексея и Марины всегда были опрятными, жизнерадостными, приветливыми. Да, собственно, и как их родители

О трагедии, которая случилась в их семье, узнала из средств массовой информации. По роду своей общественной деятельности я занималась помощью больным детям. Моя команда собирала для малышей с тяжелым диагнозом большие суммы денег и отправляла лечиться. Алексей и Марина знали об этом.

 
Однако за этот месяц, когда они боролись за жизнь своего ребенка, ВЕРИЛИ тем докторам, которые взяли на себя ответственность быть ДОКТОРАМИ. Родители были растеряны,  раздавлены, убиты горем.Марина, когда ее встречала на улице, ни с кем не разговаривала, была буквально черная. «Почернела от горя», - так в народе говорят о тех людях, которые переживают невосполнимую утрату.

Алексей Алексеенко, он отец не на бумаге, а родитель по своему сознанию и образу жизни. Самое важное для него - это дети, самое ценное – семья. Этому мне не нужно искать доказательств и подтверждений, я вижу многих людей, мне есть, с кем сравнивать. Они – по сути родители. Алексей Алексеенко пошел искать правду.  Им были поданы сотни писем депутатам, чиновникам, общественным деятелям.

Спустя год его не отпустила боль утраты. С горой бумаг и фотографией погибшего сына Артема он ходил по кабинетам с единственным желанием узнать: «Кто виноват? Почему так получилось?». И в ответ – участливые взгляды, никаких действий. За все это время Алексей практически не работал, потому как хождение по кабинетам забирает очень много времени и душевных сил.

О душевных силах. Как оценить страдание отца?

Для меня критерием этой оценки становятся изменения в его поведении. Три года хождений по кабинетам с портретом сына вряд ли благоприятно отразятся на его психическом и эмоциональном состоянии. Сложно жить дальше - уделять время старшему сыну, жене, маленькой девочке, которая появилась на свет уже после гибели Артема.

Алексей Алексеенко ищет способ поставить точку в своем горе. Иск в суд, по моему мнению, есть его страдание, уже последняя его инстанция и надежда.

 

И еще я бы хотела добавить вот что. Дети не раздаются людям просто так. Их в магазине не купишь и на улице не найдешь. Дети – это смысл. Они даются людям потому, что кто-то там наверху считает, что человек достоин своего продолжения.
У Алексея Алексеенко забрали это продолжение, забрали его самого. Кто? Система здравоохранения, которая призвана всеми силами делать так, чтобы люди продолжались, чтобы люди были.Я знаю, что сейчас Артем, которого семья потеряла, живет с ними. Только он не живой и веселый мальчик, а фотография на экране монитора.  Он не ждет подарка на день рождения, не просится идти во двор играть в футбол. Он не просит у мамы сырников на завтрак, а у папы – вместе сложить конструктор. Его нельзя обнять и поцеловать. Он – просто картинка в мониторе.

Об этом я и хотела сказать судье, но, к сожалению, меня не допустили в качестве свидетеля. Хотелось бы верить, что будет принято гуманное и справедливое решение, потому что речь идет о маленьком мальчике Артеме, которого больше нет.

Мнение авторов и спикеров может не совпадать с позицией редакции. Позиция редакции может быть озвучена только главным редактором или, в крайнем случае, лицом, которое главный редактор уполномочил специально и публично.
Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх